На придуманных самолётах – придуманно улететь. В неуютном кресле трястись в ознобе воспоминаний или, попирая забвением радость избранных мгновений, сделать вид, что не было ничего – ни молчания, ни желания жить, ни серебряной благодарности. Спешишь?

Твоя воля. Но, пожалуйста, делай это не так явно.



Словно аравийский самум, пронеслись твои мгновения разочарований, мои месяцы белой тишины. Я научился бегло читать по-французски и разучился доверять тайны друзьям. Ты – кажется – стала ещё лучше разбираться в людях, но забыла о том, что лучшее чтение – это разговор с автором книги.

Каждый из нас стал мудрее.



Но Бог мой, как ты далеко сегодня, Радость! Так далеко, что у меня совсем не осталось сил бороться с ледяными торосами в сердце. Очень скоро, полагаю, – к ближайшему маю кристаллы льда спрессуются в алмазные, и тогда растопить их сможет разве что падение метеорита.



Ночью, когда уснуть нет никакой возможности, не зажигаю бра, хотя и боюсь темноты не меньше одиночества. В тёмном комнате, прислонившись спиной к стене, опускаюсь на пол. Закрываю глаза и ловлю затылком прохладу стены. Борюсь с воспоминаниями, ворующими сон.

__________________
Ищу женщину для уборки квартиры.