Желтая луна спит за облаками,
В небо я смотрю, словно в темный лес.
Где-то среди звезд заблудилась мама,
И она глядит с любовью на меня с небес.
Сколько лет прошло, а я - тот же самый,
Никогда не жду от судьбы чудес.
В самый трудный час - у меня есть мама,
И она глядит с любовью на меня с небес.
Если на душе и тоска и осень,
Сам себя гоню от привычных мест.
Мама за меня господа попросит.
Ведь она глядит с любовью на меня с небес.
Желтая луна спит за облаками,
В небо я смотрю, словно в темный лес.
Где-то среди звезд заблудилась мама,
И она глядит с любовью на меня с небес.
автор:Андрей Васильев

ПОВЕРЬ, ИЕРУСАЛИМ:
БЫЛА МОЯ БЫ ВОЛЯ,
ГУБАМИ БЫ СНЯЛА
С ТВОИХ КАМНЕЙ СЛЕЗУ.
ЗДЕСЬ ВЕРТИКАЛЬ ЛЮБВИ
С ГОРИЗОНТАЛЬЮ БОЛИ
ОБРАЗОВАЛИ КРЕСТ,
И Я ЕГО НЕСУ.
*
Я ЗНАЮ, ХРУПОК МИР
И ВЕЧНОСТЬ НЕНАДЁЖНА,
И НЕ ТОЧНЫ СЛОВА,
И УЯЗВИМА ПЛОТЬ.
НО ИСТИНА ОДНА
СВЕТЛА И НЕПРЕЛОЖНА.
ОДНА У НАС ЗЕМЛЯ,
ОДИН У НАС Г-СПОДЬ.
*
ПРОСТИ, ИЕРУШАЛАИМ,
Я ВРЯД ЛИ ВНОВЬ ЗДЕСЬ БУДУ.
НО БУДУТ ЖЕЧЬ МЕНЯ
НА СЕВЕРНЫХ ВЕТРАХ
ЖАР ПОЛДНЯ ТВОЕГО,
ТВОЕЙ НОЧИ ОСТУДА
И ЗА ТВОИХ ДЕТЕЙ
НЕИСТРЕБИМЫЙ СТРАХ.
---
ТАТЬЯНА *КУЗОВЛЁВА

А идиш бойм фын цвэлыф цвайгн.
Дэр штам ин ворцлэн зайнэн крафт.
Драй тойзнт йор эр штейт ви айзн
Фин Сейфэр Торэ ейдэр блат.
Мы от им гыбрэнт, гыволт офрайсн,
Ди сонэм грэйтн им им а гриб
Драй тойзнт йор эр штэйт ви айзн
Ин идэш фолк мы от им либ.
Эр вакст ын штот Ерушалайм
Ди фрухт ыз ейдэр йор ви тройм
Драй тойзнт юр эр штэйт ви айзн,
Ви фостунг штэйт а идэш бойм.
ЕВРЕЙСКОЕ ДРЕВО
Еврейское древо - двенадцать ветвей.
Ствол крепче бетона, могучие корни.
Три тысячи лет наш Народ-Иудей
Хранит это чудо взращенное Торой..
Оно на виду в самом центре Земли.
Его ураганы сломить не сумели.
Еврейское древо взрывали и жгли
Оно же подобно святой цитадели
Стоит нерушимо. И вражеский вой
Не страшен ему. Горделиво, как прежде.
Звенит на ветру серебристой листвой
И радует Землю плодами надежды.

КЛЕЗМЕРЫ ИГРАЮТ
Белые рубашки, черные жилеты,
Пейсы и фуражки, скрипки и кларнеты.
То смычок танцует и мотив горячий,
То струна тоскует, то поет и плачет
Клезмеры играют - сердце замирает.
Вы откуда родом, чудо - музыканты?
И откуда ваши песни и таланты?
Отвечают хором клезмеры - хасиды:
-Мы от Авраама и псалмов Давида.
Клезмеры играют - сердце замирает.
На еврейских свадьбах, в праздники и будни
Музыке и песням радуются люди.
О, как ашкеназы влюблены в оркестры:
Это то, что надо, это наши песни!
Клезмеры играют - сердце замирает
15.10.2009 23:14

Хаим Гуревич
ЕВРЕЙСКИЕ МЕСТЕЧКИ

Когда судьба к нам будет, хоть чуточку добрее?!
Евреи без местечек. Местечки без евреев,
Как острова пустые. Аборигенов нету…
Где родились, где жили, увы, уходят в Лету
Дома и переулки. Уже их не увидишь.
Мне там над колыбелью звучал, как песня идиш.
Теперь услышать можно туманность Ориона.
А мне б одно словечко родного лексикона
На идиш… Мне бы встретить еврея, чтоб знал идиш.
Всё реже, реже, реже родной язык услышишь.
Здесь нет почти евреев. Коль встретился друг нежный, –
Как будто с Гималаев чудак спустился снежный.
Ведь после холокоста, как ходики сломались.
Слова на идиш – реки в песках вдруг затерялись,
Исчезли Атлантидой… Нам отыскать их надо.
В них соль. В них самобытность с традицией, укладом.
О, ты, мой соплеменник! Реши мою задачу:
Местечки без евреев, как сделать всё иначе?!
Местечки, гнёзда наши, живут в воспоминаньях,
Хранят имён еврейских красу в своих названьях

В.И.Стржельчику
Стихотворение написано после спектакля "Цена" в БДТ в б. Ленинграде.

На сцене плакал старый еврей.
Зал замер. Зал не дышал.
Он плакал от горестей жизни своей.
Он плакал от горестей всех людей.
Он всхлипывал и стонал.
А рядом заезженный патефон
Крутил на грязном полу
Пластинку, которую вспомнил он,
Пластинку, которую слышал он,
Быть может, в двадцатом году.
Жизнь пронеслась, пролетела, прошла...
Партнёры со сцены сошли.
Дочь - его счастье с собой унесла...
И вот он сидит и не помнит зла,
Старый, как соль земли.

Не научили меня ни постам, ни молитвам:
Учителей уничтожил вселенский пожар.
Мамин язык я учил по кладбищенским плитам-
После войны ими вымощен был тротуар.
Не научили меня разговаривать с Богом.
Слово раскаянья я говорить не привык.
Был я слепым. Со слепыми я вышел в дорогу.
Но оказалось, что это дорога - в тупик...
Вот и бреду я еще до сих пор по пустыне,
Близких своих и друзей оставляя пескам.
Если почувствую вдруг : мое сердце остынет,
Кто же войдет без меня в восстановленный Храм?

19 марта - День ксенофоба!

Русский климат, в русском поле
Для жидов, видать, с руки,
Сколько мы их не пололи,
Все цветут, как васильки!

России теперь не до смеха,
В ней жуткий прогноз подтверждается:
Чем больше евреев уехало,
Тем больше евреев рождается.

Те мезости, что нас отягащают
Не вымести на неграх и на греках,
Спасибо, что евреи воплощают,
Все то, что нам немило в человеках.

5 марта - День смерти Сталина!


Томясь тоскою по вождю,
Россия жаждет не любого,
а культивирует культю
от культа личности рябого

Везде, все время в разном виде,
Мелькая между стульев и диванов, народных упований жрец и лидер
Адольф Виссарионович Ульянов.

Сын учителя, гений плюгавый
Уголовный режим в стране ввел,
А покрыл его кровью и славою
Сын сапожника, гордый орел.

Дай мне, ТВОРЕЦ, предстать пред Тобою
Не в отрепьях порочной совести,
Но с кристально чистой душою,
Позабыв все земные горести.
И служить Тебе не из корысти,
Не из выгоды и не из зависти,
Но по доброму зову совести,
Ради Истины, рады благости.
Научи меня, ТВОРЕЦ, мудрости,
Из Твоей что исходит вечности,
Чтоб духовной не знать мне скудости,
Чтобы дни не прожить в беспечности.
Чтобы славить Тебя и в старости,
Дай душе моей легкокрылости,
Чтоб всегда в непрестанной радости
Воспевать Твои Б-жьи милости.
И служить Тебе не из корысти,
Не из выгоды и не из зависти,
Но по доброму зову совести,
Ради Истины, рады благости.